Михаил Марков: «Мы рассчитываем на синергию технологий»

Надым-Пур-Тазовский регион – один из основных нефтегазоносных районов страны. Здесь сосредоточены месторождения, которые на протяжении нескольких десятилетий обеспечивали львиную долю ямальской газодобычи.

Марков М.А..jpg

Однако наряду с голубым топливом недра этой территории содержат и немалые запасы нефти. Открыли их давно, но к полномасштабному освоению не приступали из-за отсутствия технологий, позволяющих достичь приемлемой рентабельности.

Преодолеть технологические вызовы и подобрать ключи к этим запасам – задача, решением которой занимается «Газпромнефть-Развитие». В мае 2019 года исполнительным директором компании по реализации проектов Надым-Пур-Тазовского региона назначен Михаил Марков. 25 лет назад он начинал свою карьеру на Ямале, затем работал в Югре и в Томской области, а последние девять лет – на Ближнем Востоке. В интервью «Красному Северу» руководитель арктических проектов рассказал об их нынешнем статусе и перспективах.

–Какие именно проекты находятся в вашем ведении и что сейчас происходит на этих активах?

– Самые крупные из них – Тазовское и Северо-Самбургское месторождения. Каждое по-своему уникально, требует особого подхода и нетривиальных решений.

Запасы, с которыми мы работаем на Тазовском, – это в основном так называемые нефтяные оторочки, то есть тонкие прослойки нефти, над которыми находится мощная газовая шапка, а под ними – вода. Отсюда и сложности с добычей, и конфигурация скважин, которые мы строим, чтобы максимально эффективно эту нефть извлечь. Есть также ачимовские пласты. Ввести Тазовское в промышленную эксплуатацию планируем к концу 2020 года. Сейчас там идет строительство, и поскольку сроки сжатые, а задачи масштабные, работаем очень интенсивно.

На Северо-Самбургском месторождении запасы нефти сосредоточены в ачимовских залежах, его отличительная особенность – аномально высокое пластовое давление. И оно, по сути, является одним из основных в северном кластере проекта «Большая ачимовка», который реализует «Газпром нефть».

Месторождение расположено автономно, есть сезонные ограничения доступа, поэтому освоение идет не так быстро. Пока пробурили всего две скважины, зато какие – общая протяженность одной превысила 5600 метров, второй – без малого 5800 метров. Это рекордные для компании цифры. Запасы Северо-Самбургского месторождения, если сравнивать с действующими активами, не такие большие, но нефть – легкая и малосернистая. Приступить к промышленной эксплуатации планируем в 2022 году.

В периметр нашей деятельности входят также два Западно-Юбилейных участка и Меретояхинское месторождение.

– И все они будут включены в портфель активов совместного предприятия, которое создают «Газпром нефть» и Shell. Чего Вы как руководитель проектов ждете от этого партнерства?

– Месторождениями в Ямало-Ненецком округе наши зарубежные коллеги плотно интересовались с 2015 года. Сейчас это партнерство обрело юридическую платформу. Структура совместного предприятия окончательно оформится в следующем году, но мы как операторы уже сейчас в полной мере работаем и выполняем свои обязательства.

Разумеется, мы рассчитываем прежде всего на синергию технологий. У Shell большой опыт работы со сложными запасами, подобными ачимовским, имеются решения для нефтяных оторочек. Но это совершенно не означает, что мы сами ничего предложить не можем. У «Газпром нефти» есть уникальные для России наработки – например, мы бурим сложные скважины с горизонтальными стволами рекордной длины и большим количеством ответвлений в одной плоскости. Что же касается технологий и оборудования для подготовки нефти, газа, конденсата, у нас они рассчитаны на большие объемы сырья. А качество запасов в стране сейчас другое: месторождения относительно невелики, разбросаны по территории. Соответственно нужен принципиально иной подход, оборудование должно быть других габаритов. В этом мы тоже ждем поддержки от наших партнеров.

– Shell считается одним из лидеров отрасли и в вопросах производственной безопасности. В этой сфере есть что заимствовать?

– Современные стандарты «Газпром нефти» в области экологии, производственной безопасности и охраны труда соответствуют лучшим мировым практикам. Поверьте, мне есть с чем сравнивать, ведь я довольно долго проработал за рубежом. Но мы в любом случае готовы перенимать позитивный опыт и совершенствоваться.

С другой стороны, очень важно, чтобы и подрядные организации, задействованные на объектах нашей компании, придерживались тех же правил и стремились соответствовать высоким стандартам. К такому взаимодействию мы тоже открыты. Тем более что речь идет об Арктике, где очень чувствительная экосистема. Чтобы не повредить тундровый покров, все работы, требующие применения тяжелой техники, проводим в зимний период. Строим надземные трубопроводы, используем системы термостабилизации грунтов, внедряем другие технологические решения. А все, кто трудится на наших площадках, ознакомлены с нашими стандартами и должны их соблюдать.

– Учитывая масштабность поставленных задач и сжатые сроки, меняет ли компания подходы к обустройству промыслов, к организации производственного процесса?

– В принципе «Газпромнефть-Развитие» делает то же самое, что и другие компании отрасли: строит производственные объекты, бурит скважины, создает инфраструктуру. Но разница в том, что мы научились делать все быстро и при этом качественно. Один из факторов – оперативность в принятии решений. К примеру, ведется бурение с телеметрическим сопровождением, и геолог видит, что требуется скорректировать траекторию или другие параметры скважины. Ему не нужно долго согласовывать эти изменения, отправлять письма, собирать совещания. Он принимает решение здесь и сейчас, обладая необходимыми для этого компетенциями и полномочиями. А значит, мы не увеличиваем сроки строительства скважин и, соответственно, их стоимость.

То же самое касается и площадочных объектов: строим быстро и качественно, соблюдая все нормы и правила. За счет грамотного подхода к планированию, проектированию, организации закупок многие работы, которые раньше выполнялись последовательно, теперь ведутся параллельно.

Я уверен, что благодаря скорости и эффективности, которые мы демонстрируем уже сейчас, со временем наше предприятие будет интересно другим как оператор по освоению месторождений на всех этапах – от инициации проекта до ввода в эксплуатацию. Причем применяемые нами методы и подходы должны быть понятны как отечественным, так и зарубежным партнерам. Развитие операторских компетенций мы считаем одним из стратегических вызовов. Сегодня нужно уметь трансформироваться, быстро переходить с позиции лидера в партнерстве на роль исполнителя.

– Ваш личный опыт, в том числе работы за рубежом, поможет решить эту задачу?

– Думаю, да. Ведь гибкость, умение слышать, находить компромиссы и точки соприкосновения важны и во взаимоотношениях между людьми. Если чья-то позиция не совпадает с твоей, нужно не безоглядно отвергать или критиковать ее, а понять, почему так происходит. И тогда обязательно найдется оптимальное решение.

Возврат к списку